КИМ-10

Несостоявшийся народный автомобиль

КИМ-10 должен был стать советским Фольксвагеном. В планах советских вождей к концу третьей пятилетки, начавшейся в 1938 году, на КИМ-10 должна были ездить каждая десятая советская семья, а к концу четвертой, предполагавшейся на 1943-47 годы, его улучшенной версией должны были обладать уже 80 процентов советских семей. Однотипность автомобиля должна была способствовать лучшему обеспечению запчастями, а его требовательность к дорожным условиям должна была стимулировать улучшение дорожной сери Страны Советов.

Однако война прервала эти планы. Тем не менее, незадолго до войны, в мае 1941 года, автомобиль поступил в свободную продажу, и вся пробная партия в 500 экземпляров была полностью распродана. Сегодня из этой партии в живых остались лишь четыре экземпляра, один из которых вы сегодня увидите в этом материале.


К концу 1930-х годов в СССР было объявлено о том, что социализм наконец-то построен. Жить стало лучше, жить стало веселее. Жить действительно стало веселее – каждую ночь исчезал то один, то другой сосед, и каждое утро человек радовался, что в эту ночь исчез очередной сосед, а не он сам. Но жить стало еще и лучше. А вот насколько лучше, можно даже и подсчитать. Если в 1929 году – в год начала коллективизации и индустриализации – средняя зарплата составляла 75 рублей, то в 1940 году она уже составляла 339 руб. Правда, при этом умалчивалось, что рубль если в 1929 году стоил 0,51456 доллара, то в 1940 за него давали уже 0,1887 бакса, который, к тому же в 1934 году был еще и девальвирован в 1,7 раза. Таким образом, рубль 1940 года был дешевле рубля 1929 в 4,65 раза, и если мы разделим эти 339 рублей на 4,65 раз, то получим цифру в 72 рубля 90 копеек – именно столько в 1940 году составляла средняя советская зарплата в рублях 1929 года.
Тем не менее, внутренние цены на продовольствие были довольно низки, а потратить деньги в Стране Советов на что-то, кроме еды или одежды, не представлялось возможным. Поэтому в карманах населения скапливались остатки прежней получки, которые за месяцы и годы превращались в приличные суммы. Ни нести эти деньги в сберкассу, ни покупать на них дополнительные облигации (в дополнение к добровольно-принудительным) советский народ никак не желал. Вытянуть из него эти деньги на нужды родины и предстояло госплану.
Именно для этого в начале 1940 года кто-то из госплановских умников и предложил запустить в производство массовый советский автомобиль. Идея была заимствована из практики германского национал-социализма. Там, в Германии, успешно осуществлялась идея снабдить каждую семью простеньким народным автомобильчиком, стоимость которого не превышала тысячу марок.
Те 990 марок, которые стоил Фольксваген, равнялись тогда 2100 советских рублям, в то время как «эмка» стоила в СССР девять тысяч. Поэтому неудивительно, что сначала в Советском Союзе хотели просто скопировать немецкий автомобиль или приобрести на него лицензию. Однако «пылесос» с двигателем-воздушником, да к тому же расположенным сзади Сталину не понравился, и тогда ему представили два английских автомобиля. Первый из них – Austin 7 – был довольно дешев в производстве. Однако его конструкция и дизайн были к тому времени уже довольно отсталыми. Другой же – Ford Perfect, производившийся британским филиалом фордовской корпорации, был по тем временам последним словом в развитии автомобильной техники, и хотя он не вписывался в двухтысячерублевый ценовой предел, выбор Сталин остановил именно на нем. Единственное, что он пожелал переделать, так это снабдить кузов, который на Префекте был двухдверным, дверями для задних пассажиров.
Наладить производство было поручено заводу КИМ, расположенному в тогда еще подмосковных Текстильщиках. Назван этот завод был в честь Коммунистического Интернационала Молодежи – молодежной секции тогдашнего Коминтерна. Свою деятельность завод начал в ноябре 1930 года, приступив к сборке легковых и грузовых автомобилей Ford. С 1933 года, на полную мощность заработал Горьковский автозавод, завод КИМ становится филиалом ГАЗа и переходит на сборку автомобилей ГАЗ-А и ГАЗ-АА из горьковских машинокомплектов. Именно на этот завод и пал выбор Госплана.

<strong>КИМ-10</strong>-50
Горьковский дизайнер Бродский переработал дизайн Префекта, и в США фирме BUDD были заказаны кузовные штампы для этого автомобиля.
Пробная партия из 500 автомобилей, названных КИМ-10-50 была выпущена к 25 апреля 1941 года. Штампы для четырехдверных кузовов пока еще запаздывали, и в первомайском параде участвовали автомобили в двухдверном варианте.
Длина автомобиля при 2385-миллиметровой колесной базе составляла 3960 миллиметров; ширина – 1480 мм; а высота – 1 метр 65 сантиметров. Колея передних и задних колес была одинакова и равнялась 1145 миллиметрам. Таким образом, советский вариант автомобиля был на 16 сантиметров длиннее британского оригинала, на 3,6 сантиметра шире на и на четыре сантиметра выше. Длина же колесной базы была больше чем у прототипа на 185 миллиметров. До 210 миллиметров был увеличен и дорожный просвет, составлявший на британской модели лишь 139,7 миллиметра.

Мотор КИМ-10
На автомобиль был установлен нижнеклапанный четырехцилиндровый мотор. При 63,5-миллиметровом диаметре цилиндра и 92,456-миллиметровом ходе поршня рабочий его объем был равен 1171 кубическим сантиметрам. Его степень сжатия в оригинале составляла 6,16:1, и при 4000 оборотах в минуту мотор выдавал 32 лошадиных силы. Однако в Советском Союзе такую степень сжатия выдерживал лишь авиационный бензин Б-70, и степень сжатия в моторе понизили до 5,75 единиц. Мощность тут же упала до 30 лошадиных сил. Но по тем временам это считалось вполне достаточным – послевоенный «Москвич» имел на восемь сил меньше. Тем не менее, максимальная скорость, составлявшая у британской модели 95 километров в час, упала лишь до 90 км/ч, чего было тогда вполне достаточно – по большинству советских дорог автомобили тогда ездили на 40-километровой скорости, а после 50-километрового рубежа машины начинало трясти так, что рулить было уже невозможно.


Кроме того, мотор с меньшей степенью сжатия было легче завести ручкой, ведь емкости 6-вольтового аккумулятора хватало лишь на три-четыре запуска двигателя.
На КИМ-10 впервые в отечественном автомобилестроении нашел применение капот аллигаторного типа вместо распространенных тогда капотов с подъемными боковинами.
Салон малолитражки был оснащен часами и механизмом, регулирующим установку передних сидений - и то, и другое встречалось только на автомобилях высшего класса. Кузов КИМ-10 имел немало новшеств. У него отсутствовала наружная подножка, как на других легковых автомобилях. Лобовое стекло было не плоским, а состояло из двух частей, расположенных под углом, – конструкция, позднее принятая на послевоенных автомобилях. Среди других новинок надо назвать тонкостенные двухслойные вкладыши подшипников коленчатого вала двигателя, центробежный автомат опережения зажигания, стеклоочиститель, работающий под воздействием разряжения во впускной трубе двигателя.
Существовала также модификация автомобиля с кровом типа «фаэтон». Называлась она Была выпущена в 1941 году промышленной партией. Ее кузов имел матерчатые складывающийся тент и боковины с целлулоидными окнами. Автомобиль предназначался главным образом для эксплуатации в южных районах Страны Советов. Однако с началом войны все выпущенные фаэтоны передали в Красную Армию, и потому ни одного экземпляра не сохранилось.
Как и базовая модель, КИМ-10-51 имел две двери. Для доступа к задним сиденьям спинки передних откидывались вперед. Кстати говоря, вперед открывались и сами двери, что по тем временам было не совсем обычно и даже несколько экзотично, как если бы сейчас запустили в массовое производство автомобиль с дверями, поворачивающимися параллельно кузову на одном навесе.
До конца 1941 года предполагалось выпустить 50 тысяч экземпляров. Однако через два месяца после развертывания серийного производства началась война, и производство было свернуто. Автомобилизация советского общества затянулась на многие десятилетия.


КИМ-10 в фильме «Сердца четырёх»

 

 

Рейтинг@Mail.ru